Четверг, 27.07.2017, 19:31
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » ГАЙ ЮЛИЙ ОРЛОВСКИЙ

Гай Юлий Орловский / Ричард Длинные Руки – гауграф
20.05.2009, 22:46
Всю городскую площадь заполняет простой народ в «немаркой» одежде, из-за чего эшафот высится, как остров, посреди моря серой грязи.
Еще не умолк голос глашатая, как от городских ворот полыхнуло радостным чистым цветом, словно после грозы взошла яркая радуга: с грозным цокотом копыт в нашу сторону, раздвигая эти серые комья, но не пачкаясь, двинулись красные, синие, желтые, оранжевые всадники – цветные от ярких перьев на шлемах до крашеных конских копыт.
Серый народ таял на их пути, исчезал, а рыцари пробивались ко мне, надменные, спесивые, на рослых украшенных цветными попонами конях, все до единого закованные в боевые доспехи, с пурпурными плащами за плечами.
От них пугливо отшатывались – высокородный рыцарь охотно даст пинка в зубы простолюдину, если тот без разрешения коснется благородного животного грязными лапами.
Все с поднятыми забралами, только передний с непокрытой головой, но сзади гордо на огненноглазом жеребце оруженосец со шлемом наготове в обеих руках. На металлическом гребне развевается пышный султан из крашеных перьев.
Я охнул в изумлении:
– Барон… А вы как здесь?
Он ответил весело:
– Потом, все потом. Сэр Люис, буду вашим должником, если уступите на время седло своего коня сэру Поло… тьфу, сэру Ричарду.
Молодой рыцарь, к которому он обратился, ответил с готовностью:
– Да, конечно! Рад служить вам, сэр.
– И сэру маркграфу, – добавил Витерлих с широкой улыбкой.
Рыцарь отдал мне честь.
– Мой конь в вашем распоряжении, сэр маркграф. Как и я, кстати.
Он подъехал к помосту и соскочил на землю, удерживая повод. Я хотел прямо с края прыгнуть в седло, но не с моими силами, рыцари прижали коней к помосту боками и протянули руки. Я оперся, мне помогли перебраться на коня, тут же окружили, загораживая стальными телами, словно я уже на прицеле арбалетчиков.
Витерлих взмахнул рукой, отряд сомкнулся еще плотнее, став похожим на стальной слиток с множеством сверкающих ребер. Мы двинулись через площадь, от Витерлиха мощно пахнуло винными парами, я понял, почему постоянно улыбается и отчего рожа довольная и красная.

Мы промчались к городским воротам, оттуда наши кони перешли в галоп. Рыцари то и дело тревожно оглядывались, один вполголоса сказал Витерлиху, что не мешало бы пустить фантомов по ложному пути, тот ответил беспечно, что магов Его Величества никакие фокусы не собьют с пути, не стоит и тужиться, смешить неприятеля или хотя бы противника.
Он придержал коня, некоторое время мы неслись рядом. Он всматривался в меня веселыми глазами. С другой стороны меня готовился подхватить, если начну падать, хмурый неразговорчивый рыцарь с гербом черного ворона на груди.
– Вовремя? – спросил Витерлих беспечно. – Сэр Поло… Господи, теперь не скоро привыкну! А правда, что вашим именем в королевстве пугают детишек? Вы в самом деле людоед?
Я спросил в лоб:
– Что вас заставило так рисковать?.. Это же вызвать неудовольствие Его Величества!
Он хохотнул.
– Как вы, оказывается, умеете говорить мягко! Неудовольствие, надо же… У Его Величества одним неудовольствием не отделаешься.
– Все-таки?
Он взглянул на меня пьяненькими глазками.
– Ах, сэр Ричард… ого, я уже запомнил!.. меня так легко убедить…
– А кто вас убедил?
Грохот копыт заглушил мой пока еще слабый голос. Мы вихрем пронеслись через долину, миновали лощину, дважды проскакивали через рощи, промчались по широкому броду, взметывая широкие крылья серебристых крыльев из капель воды, наконец выметнулись на простор.

Лес, как величественный занавес из тяжелого зеленого бархата, ушел в стороны. Я ахнул при виде отдаленного горного пика, одинокого и прекрасного в суровой простоте, на вершине которого расположился замок. Чем выше располагается замок, тем он считается лучше и престижнее. Лорды постоянно соперничают за право называться хозяином самого высокого замка, потому что близость к небу его шпилей как бы отражает мощь его властелина. Сила Цоллернов, как помню, подчеркивалась тем, что их замок обогнал по высоте замок Гогенцоллернов на полторы сотни метров, а это наполнило души владельцев такой гордостью и спесью, что они взяли фамилию в честь горного пика и стали Гогенбергами.
Я спросил:
– Ваш?
Витерлих с опаской то поглядывал на небо, то поворачивался в седле и всматривался в пыльное облако за нашим отрядом.
– Увы, – ответил он озабоченно, – мой намного дальше. За сегодня не доберемся, придется ночевать здесь. Погони пока нет, просто чудо… Но если будем ехать и ночью, нам не поздоровится.
Голос его был невесел, а лицо потемнело.
– Чей замок? – спросил я.
Он тяжело вздохнул.
– Моего дяди.
Я переспросил понимающе:
– Не ладите?
Он покачал головой.
– Хуже. Он… ладно, увидите сами. Я стараюсь не появляться здесь, хотя после смерти моих родителей он был моим опекуном, а теперь единственный близкий родственник.
– Как его зовут?
– Гримоальд фон Брауншвейг, граф Вольфенбюттель, барон Геттинген Гольштейн-Шауэнбург и прочее. Он все время помнит, что является отпрыском древнего рода!
– А это так ужасно, – сказал я ему в тон.
– Я всегда знал, – прокричал он в ответ, – вы меня поймете!
– Вы, сэр Витерлих, – спросил я, – как молодое поколение, отринули старые традиции?
– А то, – ответил он гордо. – Старые пердуны во всем неправы!
Предки графа Вольфенбюттеля избрали для замка скалистый пик над идиллически ровным цветущим лугом с прекрасной сочной травой, где теперь деревни с аккуратными квадратами полей. Сэр Гримоальд, похоже, то ли из почтения к предкам, то ли по лени, ничего не перестроил. А сам замок не желает разваливаться: каменная стена по-прежнему надежно опирается на контрфорсы, зубцы на стене чередуются с амбразурами, над воротами нависает широкий каменный навес, где можно расположить как лучников, так и запас камней. Не говоря уже о том, что ворота расположены в привратной башне, что значит, нам придется проехать через мышеловку с опускающимися железными решетками.
Чем ближе оказывался замок, тем внимательнее и настороженнее я его рассматривал. С трех сторон эту маленькую крепость продолжает скальный пик, подъехать можно только вот по этой дороге, но путь преграждает широкий ров, настоящий ров, первый, увиденный здесь в Ундерлендах и вообще в Сен-Мари, а мост поднят.
Когда я различил деталей больше, ахнул: рядом с большим подъемным мостом еще и маленький, что ведет не к воротам, а к небольшой калитке в башне. Умная предосторожность, да и чтоб не опускать мост всякий раз по мелочам.

Витерлих поднес к губам короткий, но сильно загнутый рог. Мощный красивый звук, протяжный и торжественный, прорезал воздух. На воротах появились крохотные фигурки. Подъемный мост быстро пошел вниз.
– Ждут? – прокричал я.
Виттерих покачал головой.
– Нет. Просто здесь всегда наготове.
– Ваш дядя с кем-то воюет?
– Традиции, сэр Ричард.
– Кажется, – проговорил я, – начинаю догадываться.
Виттерих вздохнул.
– Тогда вы понимаете, почему я так… ликую.
Тяжелые створки ворот распахнулись медленно и величаво, напоминая о своей значимости. В глубине темного тоннеля привратной башни неспешно и торжественно начала подниматься металлическая решетка. Всадники с грохотом копыт промчались по деревянному мосту, в каменном своде над нашими головами промелькнули острые зубья одной решетки, а через пять шагов – другой.
Витерлих уже не трубил в рог, вторые ворота открыли перед нами, не задавая вопросов. В этом, уже втором, дворе – конюшни, кухни, службы, а главное – донжон, суровый и прекрасный, сложенный из массивных гранитных глыб, возносящийся даже выше сторожевых башен.
Стальные подковы звучно высекали искры из мощенного булыжником двора. Рыцари промчались к самому донжону, навстречу сбегались слуги и торопливо перехватывали поводья. Ворота за нами захлопнулись, массивный металлический засов скользнул по смазанным маслом петлям легко, а я продолжал рассматривать передний двор с аккуратно прилепленными к стенам домами челяди и ремесленников, где также кузница, булочная…
На ступенях донжона появился церемониймейстер с длинным жезлом в руке, надменный и величавый. Он смотрел сверху вниз невозмутимо, как могучий дуб на муравьев, наконец мощно стукнул жезлом в мраморную ступень.
– Благородный сэр Витерлих, – провозгласил он громовым голосом, – с друзьями к благородному ландграфу сэру Гримоальду фон Брауншвейгу, графу Вольфенбюттелю, барону Геттинген Гольштейн-Шауэнбургу, виконту Баттенберга и лорду земель долины Виттельсбаха!
Из донжона выбежали строго и торжественно одетые рыцарями молодые парни, моментально встали в две шеренги и отсалютовали нам обнаженными мечами. Солнце красиво вспыхнуло на лезвиях, рассыпая грозные искры, глаза в прорезях забрал блистают весело и мужественно.
Пока мы ждали хозяина, я с торопливым любопытством рассматривал замок, выстроенный с таким строгим изяществом, словно уже после эпохи замков, в то романтичное время, когда эти вот строения возводили для красоты и любования строгой красотой, а не для обороны: мощный, неприступный, со всеми необходимыми атрибутами…
Обычно центральная башня замка не разрастается до размеров дворца, потому в мирное время хозяин и его семья живут в каменном двухэтажном доме, гордо именуемом дворцом или палатой. Правда, дом всегда цокольный, и даже на первый этаж нужно подниматься по длинной каменной лестнице. Здесь же никакого палатного дома, только донжон, массивный и широкий настолько, что в нем могут жить не только хозяин с семьей, но и множество рыцарей.
Из донжона вышел немолодой рыцарь, прямой, как лезвие двуручного меча, такой же бесстрастный, холодный и несгибаемый. Я встретил его твердый взгляд и ответил таким же, прямым, твердым, но исполненным почтения.
Высокий, поджарый, с густыми черными, как смоль, бровями, что резко контрастируют с седыми волосами, усами и короткой бородкой, он на удивление выглядел под стать своему замку. Под легким малиновым полукафтаном, раскрытым на груди, блестит, как мокрая рыба, крупноячеистая кольчуга, брюки заправлены в высокие сапоги, а на широком рыцарском поясе слегка покачивается зловещая мизерикордия.
Ремень сэра Гримоальда в абсолютном соответствии с правилами хорошего тона в обхвате на два дюйма шире талии и застегивается на третью дырочку. И, конечно же, в одной цветовой гамме с рыцарскими сапогами из тонкой кожи, но на грубой подошве, как приличествует человеку, всегда готовому взять в руки меч.
Он остановился в двух шагах от двери, из которой вышел, и замер, выпрямившись, холодный и оскорбительно вежливый. Взгляд его лишь скользнул по сэру Витерлиху, сразу ставшему меньше ростом и потерявшему яркость красок, и снова уперся в меня, строгий и требовательный.
Я поклонился со всей почтительностью.
– Счастлив, – сказал я абсолютно искренне, – что ваш племянник привез меня именно к вам! Впервые вижу замок, построенный по всем законам. Какие дивные контрфорсы! А портгаланты? Вы посмотрите на эти портгаланты!
 -----------------
Скачайте книгу и читайте дальше в любом из 14 удобных форматов:

Категория: ГАЙ ЮЛИЙ ОРЛОВСКИЙ
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 16
Гостей: 14
Пользователей: 2
stiff, Gashkin

 
Copyright Redrik © 2017