Понедельник, 24.04.2017, 14:30
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Лекарство от скуки

Роберт Уилсон / Компания чужаков
15.07.2010, 20:34
30 октября 1940 года, Лондон, 54-я ночь блицкрига

Она бежала, бежала, задыхаясь и крича, как в страшном сне, только на этот раз то не был сон, хотя огненные вспышки, оседавшие на землю медленно, как лепестки, и желтый свет, и темные улицы, и оранжевое марево на фоне померкшего неба — все это уже снилось ей раньше.
Страшный взрыв прогрохотал на соседней улице, земля затряслась под ногами, дрожь отдавалась во всем теле — еще немного, и она бы рухнула наземь, лицом в разбитые камни, беспомощно разбросав ноги. Удалось сохранить равновесие, оттолкнувшись обеими руками от низкой кирпичной стены, и вновь послышалось эхо ее торопливых шагов. Завидев пожарную машину возле того дома, она ускорила бег. Из брюха машины вызмеивались все новые шланги, присоединяясь к тем, что спутанным клубком спагетти лежали на стеклянно-черном асфальте, все больше воды проливалось на заднюю часть дома, который был уже не домом — лишь уцелевшей половиной. Стену полностью снесло взрывом, роскошный рояль двумя ножками завис над разверзшейся бездной, крышка его распахнулась, словно рояль облизывался от невыносимого жара; пламя пожирало струны, рвало их одну за другой, скручивало в мертвую, черную спираль.
Она стояла, прижав ладони к ушам, не впуская в себя жуткий гул разрушения. Но глаза и рот невольно раскрылись при виде того, как задняя часть дома неторопливо обрушилась в соседский сад и обнажилась кухня — противоестественно мирная, совсем не задетая взрывом. Шипение выползавшего из разорванных труб газа вдруг прорвалось огненным валом, прокатилось по улице, сшибая спасателей с ног. В кухне осталась лежать неподвижная фигурка в горящей одежде.
Подбежав к невысокой ограде дома, она закричала в раскаленный жар погибающего дома:
— Папа! Папочка!
Пожарник обхватил ее сзади, грубо поволок прочь и швырнул в объятия патрульного, попытавшегося было удержать девушку, но та вырвалась как раз в тот момент, когда рояль, — на котором два лишь часа тому назад она играла ему! — рояль рухнул-таки в бездну, испустив последний нестройный аккорд, и ей показалось: что-то порвалось в ее легких, лопнуло в ее груди. Нотные листы вспыхнули и сгорели, музыка исчезла, а он — он лежал ничком у подножия огненного вала, который спасатели поливали из множества рукавов, но кровавая стена, шипя и отплевываясь, не собиралась сдаваться.
Снова громкий треск — обрушилась крыша, оконные рамы, как были, целиком, посыпались на улицу, точно выбитые зубы. Крыша совпала с полом, рассыпалась по асфальту черепица. Мгновение передышки, и крыша, пробив пол, полетела этажом ниже, гигантским пыльным облаком накрыла рояль, загасив огненную музыку, раздавив изогнутый хребет инструмента, и увлекла его вместе с собой промеж огненных столпов балок на первый этаж, прямо в стеклянную дверь веранды.
Патрульный едва успел ухватить девушку, вцепился в ее воротник, а та, извернувшись, укусила его за кисть, да так, что полисмен, крякнув, отдернул руку. Вот дикарка, черноволосая, цыгановатая, ругался он про себя, и все же он обязан был оттащить ее прочь, оттащить бедняжку, не смотреть же ей на то, как отец горит в растворе стеклянных дверей, почти у ее ног.
Примерившись, патрульный сгреб «цыганку», медвежьей хваткой прижал к себе, только ноги забились в воздухе, и вот уже она обмякла, тряпичной куклой поникла у него в руках.
Женщина, бледная как смерть, подбежала к патрульному и крикнула, что это ее дочь, и страж порядка несколько смешался, поскольку он видел, как горит человек, которого девушка звала отцом, и знал, что жена этого человека лежит мертвая в кухне.
— Там, в доме, ее отец. Она звала его.
— Это не ее отец, — устало возразила женщина. — Ее отец давно умер. Это ее учитель музыки.
— Что она делает здесь, на улице? — вспомнил о своих обязанностях патрульный. — Общую тревогу еще не отменили.
Девушка вырвалась, оттолкнув мать, и пробежала вдоль стены соседнего уцелевшего дома в сад, освещенный так и не потушенным пожаром. Промчавшись через пожелтевшую лужайку, она скрылась в кустах у задней стены. Мать пошла за ней. Бомбы все еще падали, слышался треск зениток, прожекторы шарили в темном бархатном небе. Перекрикивая грохот и рев пламени, мать взывала к дочери, пронзительно кричала в тревоге, яростно умоляла выйти.
Девушка скорчилась, зажав руками уши, зажмурив глаза. Два часа назад он держал ее за руки, успокаивая: бомбежки не будет, у тебя слух как у кошки, вот что-то и почудилось! — поглаживал пальцы, усаживал поудобнее за тот самый рояль, и она играла ему; это было прекрасно как сон, — так он сказал ей потом; пока она играла, он прикрыл глаза и улетел далеко от Лондона, прочь от войны, к зеленым, освещенным солнцем лугам, где на осеннем ветру плещется красная и золотая листва деревьев.
Схлынула первая волна воздушного налета. Затихли зенитки. Один лишь звук повис в холодном осеннем воздухе — рев пламени и шипение усмирявшей его воды. Девушка чуть ли не ползком выбралась из кустов, мать схватила ее за плечи, отчаянно раскачивая взад и вперед легонькое тело. Девушка с виду казалась спокойной, но челюсти были слишком плотно стиснуты, неподвижно лицо, незрячи темные глаза.
— Ты дура, Андреа! Дура, дура, дура!
Обеими руками девушка обхватила исступленное лицо матери, совершенно белое на фоне темно-желтой листвы сада. Лицо девушки было жестким и непреклонным.
— Ненавижу немцев, — сказала она. — И тебя ненавижу.
Мать ответила короткой хлесткой пощечиной.


7 февраля 1942 года, «Вольфшанце» — штаб-квартира Гитлера на Восточном фронте, Растенбург, Восточная Пруссия

Бомбардировщик «Хейнкель-111», переоборудованный для пассажирских полетов, медленно снижался, скользя над бескрайней чернотой сосновых лесов Восточной Пруссии. Тихо, жалобно стонали два его двигателя: слишком велики и пустынны заснеженные пространства русских степей, безлюдны, выпотрошены, обуглены оставленные позади железнодорожные станции Днепропетровска и соседних городов, нет конца промерзшим Припятским болотам, раскинувшимся от Киева до кромки польского соснового бора.
Самолет приземлился, пробежал, взрывая пропеллерами снег, выбрасывая его в темноту. В брюхе летуна приоткрылся люк, из уютного утробного тепла выскользнула в промозглый мир одинокая фигура, кутаясь в плотное пальто в тщетной попытке защититься от ледяного ветра. Автомобиль из личного гаража фюрера затормозил у самого крыла, водитель — между поднятым воротником и низко надвинутой шляпой не разглядеть лица — распахнул дверцу. Пятнадцать минут спустя часовой открыл ворота, и архитектор Альберт Шпеер впервые оказался внутри военной зоны штаб-квартиры фюрера в Растенбурге. Шпеер прямиком направился в столовую и с волчьим аппетитом (все волчьи качества ценились в «Волчьем логове») сожрал изрядную порцию — если б его сотрапезники были почувствительнее, призадумались бы, каких усилий стоит снабжать припасами этот слишком далеко выпятившийся на восток край Третьего рейха.
В тот момент, когда Шпеер прибыл в Растенбург, два капитана военной разведки, Ханс Вебер и Карл Фосс, молодые люди двадцати с небольшим лет, состоявшие в подчинении у начальника Главного штаба генерала Цайтлера, стояли у входа в столовую, покуривая сигареты и притоптывая от мороза ногами.
— Кто это? — поинтересовался Фосс.
— Так и думал, что ты спросишь.
— По-моему, естественный вопрос, когда видишь здесь незнакомого человека.
— Добавь еще «важную персону». Когда видишь незнакомую тебе важную персону.
— Отвали, Вебер.
— Я тебя насквозь вижу, Фосс.
— Ты к чему?
— Ладно, пошли в тепло, — предложил Вебер, бросая окурок.
— Нет уж, скажи.
— Твоя беда, Фосс… Беда в том, что ты чересчур умный. Гейдельберг, диплом по физике, какого черта ты у нас…
— Слишком умный, чтобы служить в абвере?
— Ты новенький, пока не все понимаешь. Разведчику не стоит лезть не в свое дело.
— Что за чушь, Вебер?! — Фосс с трудом верил своим ушам.
— Вот что я тебе скажу, — с важностью заявил Вебер. — Знаешь, что видит начальство, когда смотрит на тебя или на меня? Оно видит вовсе не нас с тобой, каждого со своей жизнью, родными и близкими и тому подобным.
— А что же они видят?
— Орудие. — И с этими словами Вебер втолкнул Фосса в открытую дверь.
Они вернулись в оперативный штаб. В нескольких шагах от их комнаты, дальше по коридору, располагались личные апартаменты Гитлера; там фюрер принимал министра вооружений и боеприпасов Фрица Тодта. Несколько часов назад с прибытием министра оперативное совещание было распущено, и сейчас, когда молодые офицеры уселись на свои места, те двое, намного их старше и могущественнее, все еще беседовали — если это можно было назвать беседой. Подававший им обед адъютант привык не удивляться глухим паузам ледяного молчания — лишь поскрипывали неуместно деревянные стулья.
Фосс и Вебер занялись делом. Вернее сказать, к работе приступил Фосс, а у Вебера в закупоренном, лишенном естественной вентиляции помещении, как обычно, сразу же разболелась голова. Он то и дело клевал носом и рухнул бы лицом на бумаги, если б судорожное сокращение шейных мышц не вздергивало в последний момент его голову. Фосс посоветовал приятелю лечь в постель. Видно же: мучается человек.
— Иди, — повторил Фосс. — Мы тут почти закончили.
— Все это, — привстав, Вебер широким жестом охватил четыре ящика с папками, — надо отправить утром с первым же рейсом в Берлин.
— Если до тех пор не объявят рейс на Москву, да?
Вебер хмыкнул.
— Не усвоил ты, — посочувствовал он. — Пойду-ка я в койку. Завтра нам туго придется. Как Тодт явится с очередным рапортом, он после этого всегда сам не свой.
— А почему? — спросил Фосс, по-прежнему бодрый, сна ни в одном глазу, готов сидеть до утра и трудиться на благо Восточного фронта.
— Вот где начинается поражение. Вот здесь. — Перегнувшись через стол, Вебер постучал костяшками по голове Фосса. — Тодт проиграл битву еще в прошлом году, в июне. Хороший человек и гений к тому же — неудачное сочетание для такой войны. Доброй ночи.
Фоссу, как и всем немцам, Фриц Тодт был хорошо известен: это он начал закладку скоростных автомагистралей — автобанов, однако с тех пор его роль в рейхе неизмеримо возросла. Тодт руководил производством оружия и боеприпасов для армии Третьего рейха, а кроме того под его началом действовала так называемая Организация Тодта, строившая Западный вал и базы-бункеры для подводных лодок — щит, оберегавший Европу от варварских орд. Он же отвечал за строительство и ремонт шоссе и железных дорог на всех оккупированных территориях. Это был величайший инженер-конструктор за всю историю Германии, и ему досталось осуществить самую масштабную в истории страны программу.
Фосс кинул взгляд на военную карту. Линия фронта протянулась от Онежского озера, в пятистах километрах к юго-западу от Архангельска, и Белого моря через пригороды Ленинграда и Московскую область вниз, к Таганрогу на Азовском море, а там и до Черного недалеко. Огромная территория от Арктики до Кавказа лежала под пятой Германии.
— И он считает, что мы проигрываем войну? — Фосс только головой покачал в недоумении.
Еще час с небольшим он работал, потом вышел покурить, взбодриться на морозном воздухе. По пути обратно Фосс обратил внимание на привлекательного мужчину, того самого, который прилетел недавно и все еще сидел в столовой, теперь уже один. Дальше, на подходе к оперативному штабу, он завидел двигавшегося ему навстречу мужчину постарше, усталого, с опущенными плечами; казалось, невыносимая тяжесть пригнула к земле эту еще недавно мощную фигуру. Серая кожа, лицо мягкое, с припухлостями и провалами, будто плоть оседает, не держась на каркасе костей. Взгляд обращен вовнутрь, к каким-то мучительным незавершенным подсчетам. Человек, похоже, ничего перед собой не видел; Фосс шагнул в сторону, пропуская слепца, но тот покачнулся, и они все-таки столкнулись плечами. От толчка мужчина очнулся, лицо приняло более осмысленное выражение, и Фосс узнал Тодта.
— Прошу прощения, господин рейхсминистр!
— Нет-нет, это я виноват, — извинился Тодт. — Шел не разбирая дороги.
— Погрузились в размышления, майн герр! — с собачьей преданностью откликнулся Фосс.
Министр внимательнее вгляделся в худощавого светловолосого молодого офицера.
— Работаете по ночам, капитан?
— Заканчивал с бумагами, майн герр, — ответил Фосс, кивком указывая на распахнутую дверь оперативного штаба.
Тодт остановился на пороге комнаты, взгляд его скользнул по карте, по флажкам, обозначающим армии и дивизии.
— Вот мы где, майн герр, — похвастался Фосс.
— Россия, — медленно заговорил Тодт, неподвижно уставившись на Фосса, — огромная страна.
Повисла пауза.
— Да, господин рейхсминистр, — прервал затянувшееся молчание капитан.
— Карту России следовало бы напечатать размером с эту комнату, — продолжал Тодт. — И пусть генералы ходят вдоль нее, перемещая свои армии. Пусть ходят и помнят: каждый шаг — пятьсот километров снега и льда, проливных дождей и грязного месива под ногами, а в тот краткий сезон, когда нет ни снега, ни распутицы, из степи надвигается глухая, бесчеловечная, пыльная, удушливая жара!
Фосс онемел, ошеломленный громовыми раскатами голоса рейхсминистра. Закончив монолог, Тодт резко повернулся и вышел из комнаты. Фосс хотел бы его удержать, дослушать до конца, что-то постичь, но единственный вопрос, какой он смог придумать, оказался совсем не того уровня.
— Вы летите завтра с утра, майн герр?
— Да, а что?
— В Берлин?
— Мы остановимся в Берлине по пути в Мюнхен.
— Эти папки нужно отправить в Берлин.
— В таком случае позаботьтесь, чтобы их доставили в самолет к семи тридцати. Обратитесь к моему пилоту. Доброй ночи, капитан…
— Капитан Фосс, господин рейхсминистр!
— Вы не видели Шпеера, капитан Фосс? Мне сообщили, что он уже прибыл.
— Какой-то человек сидит в столовой. Прилетел несколько часов тому назад.
Тодт двинулся прочь, все так же понурившись и раскачиваясь, словно от слабости. Перед поворотом налево, к столовой, он обернулся и сказал, будто подводя итог:
— И не обманывайте себя, капитан: русские сложа руки сидеть не будут. — С этими словами он скрылся за углом.
Так вот почему фюрер всегда сам не свой после визитов Тодта.
------------------------------------
Категория: Лекарство от скуки
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 22
Гостей: 22
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2017