Пятница, 21.07.2017, 23:43
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Криминальное Чтиво » Субъективные предпочтения

Чарли Стелла / Крутые парни
11.07.2010, 18:56
– Неужели он и правда такой дурак? – спросил Джимми Пинто, косясь на клочок бумаги у себя в руке.
Половина девятого утра; небо над Нью-Йорком серое. Улицы еще не высохли после только что закончившегося ливня.
Джимми Манджино, мускулистый здоровяк лет тридцати пяти, с черными курчавыми волосами и густыми бровями, пил кофе из пластикового стаканчика и рассматривал кирпичные домики на Койл-стрит. Подбородок у Манджино зарос двухдневной щетиной.
– Сколько, говоришь, он дал парикмахеру? – спросил Манджино.
Пинто, тоже мускулистый, но коренастый, выглядел моложе своих пятидесяти с небольшим. Подняв голову, он помахал клочком бумаги, который сжимал в руке.
– Пятьдесят восемь тысяч, – ответил он. – Прикинь!
Манджино притворно улыбнулся.
– Уж эти мне богатые сынки. – Он отпил еще кофе. – Купаются в деньгах и не знают, куда их выкинуть.
Пинто прикусил губу.
– А мы с тобой околачиваемся тут, как два урода, и стараемся выбить денежки назад.
– Как по-твоему, у парикмахера хоть что-нибудь есть? – спросил Манджино, допив кофе и озираясь в поисках урны, куда можно было бы выкинуть пустой стаканчик.
Пинто покачал головой:
– Скорее всего, нет. Даже паршивая парикмахерская ему не принадлежит. Говорят, он завел себе подружку-пуэрториканку и вложил денежки в ее ресторан. Сначала десять тысяч, а потом и все остальное. А потом он погорел.
– То есть твой друг Ларри погорел, – уточнил Манджино.
– О том и речь. – Пинто достал пачку сигарет «Кэмел», закурил, глубоко затянулся. – Парикмахер – старикан, эмигрант в первом поколении. Можно сказать, только что из Италии. Ему шестьдесят два года, и у него все заложено-перезаложено. И вон тот дом тоже. – Пинто глянул в бумажку с адресом. – Номер двадцать один восемьдесят шесть.
– Значит, – сказал Манджино, – выбивать из него пятьдесят восемь кусков – все равно что выжимать воду из камня.
– Именно поэтому Ларри и посулил половину тому, кто вернет ему денежки, – ответил Пинто. – Он прекрасно понимает, что без посторонней помощи не видать ему ни гроша. Вот и нанял двух болванов, а конкретно – нас с тобой. Он хочет, чтобы мы слегка припугнули старика, может, немножко его поломали. Но по отношению к нам это полное свинство. Ларри сам виноват, сделал очередную глупость – а уж глупостей он успел наделать предостаточно. А теперь хочет, чтобы за его выходки заплатил старик.
Манджино достал пачку «Мальборо» и тоже закурил.
– Но ведь старик все-таки взял у Ларри деньги и не вернул, – пробормотал он, не вынимая изо рта сигарету.
Пинто глубоко вздохнул:
– Вот ты, Джимми, дал бы парикмахеру, который даже не владеет своей парикмахерской, пятьдесят восемь кусков? Сначала подумай, потом ответь.
– Ни хрена, – ответил Манджино.
– У меня таких денег отродясь не было, но я бы тоже ответил так, как ты: «Ни хрена», – кивнул Пинто. – Пусть даже Ларри вначале ссудил ему всего десять кусков, а именно так наш придурок и поступил. Но зачем, во имя всего святого, выкидывать еще сорок восемь тысяч? А Ларри выкинул. Почему? Наверное, хотел застраховать свой первый взнос – никакого другого объяснения мне просто в голову не приходит. Кто знает. Но сдается мне, гораздо проще вытрясти пятьдесят восемь кусков из самого Ларри. Или еще пятьдесят восемь. Раз уж он такой тупой, что швыряет денежки направо и налево. Понимаешь, о чем я?
Манджино следил за толстухой в халате и шлепанцах, которая шла через дорогу с помойным ведром.
– Старею я, – сказал Пинто. – Противно заниматься такой ерундой. Занимаюсь всякой дрянью, да еще в выходной. Один богатый придурок дает пятьдесят восемь тысяч другому шестидесятилетнему придурку, который завел себе тридцатилетнюю подружку. Ты, кстати, в курсе, что баба, на которую наш старикан-парикмахер угрохал все денежки, на тридцать лет его моложе?
– Оттого, что у него молодая подружка, он еще не становится негодяем, – возразил Манджино.
– Только потом он ее сдал, – продолжал Пинто. – Мне сам Ларри рассказывал. Когда он в первый раз пришел требовать должок, знаешь, что сказал ему старик? Пусть, мол, заберет денежки у нее, ведь она ими воспользовалась.
Манджино снова притворно улыбнулся:
– И меня еще всегда держали за дурачка.
Заморосил мелкий дождик. Пинто подставил ладони под капли.
Манджино затянулся сигаретой, оглянулся на жилые дома и спросил:
– Сколько нам еще ждать? Попозже мне надо повидаться с одним клиентом, а потом еще хорошо бы успеть на матч с «Никербокерами».
– Ты его крышуешь? – спросил Пинто.
Манджино потер пальцами виски.
– Да. Потому-то мне и надо с ним повидаться, – объяснил он.
– Сколько раз я ему уже звонил? Три, верно?
– Да, не меньше трех.
– И всякий раз к телефону подходит его жена и говорит: Витторио спит, она не станет его будить.
– Ну да, как и велел ей отвечать муженек.
– Когда она вышла из дому – минут пятнадцать назад, так?
– Да, не меньше. Но не жди, что он сам подойдет к телефону.
– Значит, опять у нас ничего не получилось.
– А мне в лом тратить столько времени понапрасну, – бросил Манджино. – И голова что-то побаливает.
– Ну, тогда пошли они все! – Пинто затолкал бумажку с адресом в карман брюк и зашагал к припаркованной неподалеку машине.
Толстуха запихивала в один из контейнеров коробку из-под пиццы. Манджино, которого раздражали ее шлепанцы, скорчил гримасу. Он огляделся по сторонам, убедился, что никто его не видит, и выкинул смятый стаканчик из-под кофе на тротуар. Они с Пинто сели в черный «бьюик-лесабр» и тут же чуть-чуть опустили стекла.
– Тебя подвезти? – спросил Пинто у Манджино. – Где у тебя встреча с клиентом?
– В отеле «Бруклин-Инн». Иногда, если у клиента не хватает денег, он присылает мне одну из своих девок, чтобы возместить долг.
Пинто улыбнулся.
– Неплохая замена, – согласился он. – Красота какая! К хорошему привыкаешь быстро.
– Да, – кивнул Манджино. – Развлекаться с девками куда как приятнее, чем шляться по улицам под дождем.

Увидев, что черная машина трогается с места, детектив Джон Денафриа опустил жалюзи в спальне на втором этаже. Он следил за Пинто и Манджино из квартиры Витторио Тангорры. Денафриа нельзя было назвать здоровяком: и рост, и вес у него были средними. Однако он мог похвастать внушительными мускулами и недавним пуэрториканским загаром. Черные волосы он зачесывал назад и носил короткие усики.
Сидевший здесь же в кресле старик взмахнул рукой.
– Кто они? – спросил он, показывая на окно. Витторио Тангорре недавно исполнилось шестьдесят три года. Он был хрупкого телосложения, с редеющими седыми волосами. Говорил он с еще заметным итальянским акцентом.
Денафриа отвернулся от окна и вытащил из кармана блокнот.
– Громилы, – сказал он. – Особенно тот, что покрупнее. Они часто здесь околачиваются?
– Эти двое сегодня явились впервые, – ответил старик. – Раньше Ларри приходил сам еще с одним типом. В прошлом месяце они побывали у меня два раза. Последний раз были две недели назад.
Денафриа что-то черкнул в блокноте.
– В тот раз Ларри вас избил? – уточнил он, отрываясь от своих записей.
– Отшлепал, как мальчишку, – признался старик. – А потом швырнул на тротуар. Перед моим же домом.
Денафриа оглядел комнату, в которой они сидели. Мебель была в основном старая, но хорошо сохранившаяся. Подушки кресла, в котором сидел Витторио Тангорра, обернуты толстой целлофановой пленкой.
– И они угрожали вашей жене? – спросил Денафриа. – Ларри угрожал ей?
Старик показал на стоящий на тумбочке телефонный аппарат.
– По телефону, – ответил он. – Раз в неделю. Звонят через каждые два дня.
Денафриа сделал пометку в блокноте.
– Где сейчас ваша жена? В церкви?
– Да, – кивнул старик. – Пошла помолиться.
– А что та женщина, Лусия Гонсалес?
– Я совершил большую ошибку.
– Понимаю. Где ее можно найти?
– Она живет в Джерси. Она кубинка.
Денафриа облизнул губы.
– Вы ведь брали деньги в долг для нее?
Старик потер лоб.
– Я совершил большую ошибку, – повторил он. – Я отдал ей и почти все собственные деньги. – Он досадливо махнул рукой.
– Нужно, чтобы вы поговорили с Ларри по телефону, – сказал Денафриа. – Я подключу к вашему аппарату записывающее устройство, диктофон. Заставьте Ларри поговорить о деле по телефону. Вы меня понимаете?
– У меня нет денег, – сокрушался старик. – Нет, нет…
– А Ларри нанял громилу-тяжеловеса, чтобы вытряхнуть из вас долг, – напомнил Денафриа. – Видели, какой здоровяк ошивался напротив вашего дома? Такой не посмотрит на ваш возраст.
Старик поднял голову:
– Вы его знаете?
– Джимми Качок, – сказал Денафриа.
– Джимми – кто?
– Он из мафии, – пояснил Денафриа. – Сейчас я подключу к вашему телефону диктофон, а вы вызовите Ларри на разговор, ясно?
Старик пожал плечами:
– Конечно. Что мне еще остается делать?
Денафриа нахмурился.
– Верно. Вот именно.
------------------------------------
Категория: Субъективные предпочтения
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 20
Гостей: 20
Пользователей: 0

 
Copyright Redrik © 2017