Четверг, 27.04.2017, 15:45
TERRA INCOGNITA

Сайт Рэдрика

Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
Главная » Книги

Кирилл Соловьев / Император Всероссийский Александр III Александрович
10.04.2017, 18:28
Ныне памятник Александру III стоит в Санкт-Петербурге у входа в Мраморный дворец. Когда-то здесь жил великий князь Константин Николаевич, дядя Александра III, который не слишком ладил с племянником. Однако судьба вновь, уже после смерти, свела их. Правда, в 1906 г. памятник был установлен не тут, а на Знаменской площади Санкт-Петербурга (ныне площадь Восстания). Бронзовый Александр III смотрел на Николаевский (теперь Московский) вокзал столицы. Грузный бронзовый мужчина в мешковатой одежде порой вызывал насмешки у прохожих. Сам скульптор Паоло Трубецкой повторял, что он далек от политики, а «изобразил одно животное на другом». Но именно в этом-то многие и видели политику. «Верно! Верно! Толстозадый солдафон! Тут он весь, тут и всё его царствование!» – так оценил изваяние художник И. Е. Репин. Видимо, что-то подобное угадывалось в монументе и родственниками покойного царя. Так, его сын, император Николай II, не слишком довольный изваянием, подумывал сослать памятник своего родителя в Сибирь, а именно в Иркутск. Однако вдовствующей императрице Марии Фёдоровне творение Трубецкого понравилось. Видимо, скульптор что-то угадал в образе императора, что было дорого его супруге. Сам же Трубецкой говорил: «Портрет не должен быть копией. В глине или на полотне я передаю идею данного человека, то общее, характерное, что вижу в нем».
Судьба памятника в чем-то повторяла изгибы судьбы страны. Монумент не раз менял свою «прописку». В 1919 г. на его постаменте были выбиты стихи революционного поэта Демьяна Бедного:

Пугало
Мой сын и мой отец при жизни казнены,
А я пожал удел посмертного бесславья.
Торчу здесь пугалом чугунным для страны,
Навеки сбросившей ярмо самодержавья.


В 1937 г. памятник демонтировали, а в 1939 г. передали Русскому музею. Он оказался в Михайловском саду Ленинграда. В 1953 г. монумент был перенесен во внутренний двор Русского музея. И наконец, в 1994 г. памятник Александру III оказался перед входом в Мраморный дворец, где творение Паоло Трубецкого заменило броневик с надписью «Враг капитала».

Младший брат

Цесаревич Александр Николаевич (будущий Александр II), встретив караул лейб-гвардии Павловского полка, сказал его начальнику прапорщику Гершельману: «Сегодня Бог дал мне сына, и государь повелел зачислить его к вам в полк; когда придешь в казармы, передай полковому командиру об этой новой милости его величества для объявления по полку». Это случилось 26 февраля 1845 г. О появлении внука императора узнала вся столица. Об этом событии оповестил 301 пушечный выстрел орудий Петропавловской крепости. В тот же день новорожденный великий князь получил еще несколько назначений. Он стал шефом Астраханского Кабардинского полка, зачислен в списки лейб-гвардии Гусарского и Преображенского полков. Спустя полгода, 7 июня, возглавил лейб-гвардию Финляндского стрелкового батальона. В возрасте семи лет великого князя пожаловали в прапорщики, в восемь – подпоручики. Это карьерное движение было верным и поступательным. И все же никто даже не подозревал, что маленький Саша должен был стать Александром III. Ведь он был вторым сыном в семье. С воцарением Александра II наследником престола (цесаревичем) стал старший его сын Николай (1843 г. р.), названный так в честь деда – императора Николая I. Семья была большая. Помимо старших детей, у Александра II было еще четыре сына: Владимир (1847 г. р.), Алексей (1850 г. р.), Сергей (1857 г. р.) и Павел (1860 г. р.). Была и старшая дочь Александра (1842 г. р.), но она умерла, когда ей было 7 лет. Позже, в 1853 г., родилась Мария.
Даже у совсем маленького Саши все отмечали большие глаза, внимательные, смотревшие исподлобья. В семье у него было прозвище «бульдожка». Александр Александрович еще в отроческие годы был широкоплеч и мускулист. И впоследствии он поражал своей большой силой. Он без особого труда гнул серебряные монеты, колол орехи, сдавливая их между большим и указательным пальцами, и перебрасывал мяч из Аничкова сада через крышу дворца. Великий князь был прост в общении и при этом молчалив и даже застенчив. Тембр его голоса был приятный, мягкий, без оттенков металла и повелительности. И все же Александр Александрович был невероятно упрям, настаивал на своем даже тогда, когда наверняка знал, что не прав. При этом он весьма редко сердился. Говорил громко и отчетливо. Звонко, заразительно смеялся.
До семи лет ребенка опекали няни-англичанки. Одновременно воспитанием царских сыновей занималась В. Н. Скрипицына, которая учила Николая и Александра чтению, письму, арифметике и Священной истории. Обучение военному делу было поручено генерал-майору Н. В. Зиновьеву и полковнику Г. Ф. Гогелю. В 1853 г. воспитателем царских детей стал известный профессор словесности и истории Я. К. Грот, очень полюбившийся детям.
Маленький Саша довольно много читал: «Историю России в рассказах для детей» А. О. Ишимовой, «Капитанскую дочку» А. С. Пушкина, романы «Последний новик» и «Ледяной дом» И. И. Лажечникова, «Священную историю для детей, выбранную из Ветхого и Нового Завета» и др. Великий князь полюбил русскую литературу. Среди поэтов предпочтение отдавал Пушкину и Лермонтову. Зачитывался Гоголем. А впоследствии хорошо знал романы Толстого, Достоевского, Тургенева.
Дети взрослели – менялись учителя. С 1860 г. воспитанием великих князей заведовал граф Б. А. Перовский. Под его руководством мальчики учили математику, географию, всеобщую и отечественную историю, русский язык, иностранные языки (английский, немецкий, французский), Закон Божий, естественные науки, рисование, музыку, танцы. Помимо этого, великие князья изучали ремесла: целых пять лет – токарное дело и два года – столярное. В 1860 г. их даже учили фотографировать.
При этом уровень подготовки царских отпрысков вызывал вопросы у тех, кто непосредственно общался с великими князьями. В декабре 1860 г. А. И. Чивилев, назначенный воспитателем к Николаю и Александру, нашел их «запущенными в умственном отношении». По его мнению, они не были приучены к умственному труду. Особенно трудно было учить Александра Александровича. Его наставник – Н. П. Литвинов – жаловался на великого князя, в особенности на его оскорбительную фамильярность. Александр Александрович любил обращаться к Литвинову: «Ты дитя, поручик». Последний демонстративно отворачивался. «Ну вот и рассердился, – отмечал великий князь. – Ну не буду больше, господин поручик». Порой Александр Александрович любил «буффонствовать»: делать гримасы и показывать язык. Довольно дерзко вел себя и с Чивилевым. На занятиях был рассеянным и невнимательным. Уроки часто не готовил. Очень не любил учить стихи. Был слаб в математике. В 16 лет с трудом справлялся с десятичными дробями. Делал много ошибок на письме – и на русском, и на французском. И английским языком владел довольно плохо. Учителя часто ругали великого князя, а он нередко плакал в ответ. «Ученого из Александра Александровича никогда не уделаем, – констатировал Литвинов. – Зато из него можно бы сделать практически развитого человека, и человека в его положении полезного со временем для общества».
При этом учеба была весьма напряженной. Великие князья вставали в 6.15 утра. Пили чай. Потом до 8 утра готовили уроки, затем шли в классы на занятия. Несмотря на все жалобы преподавателей, Александр Александрович садился за занятия без принуждения и довольно прилежно учился. По указанию учителей он со всей тщательностью переводил иностранные тексты на русский, что, правда, не доставляло ему никакого удовольствия. По вечерам же читал романы М. Н. Загоскина, слушал главы из Ф. Шатобриана. Тогда уже проявился большой интерес будущего императора ко всему, что несло на себе печать старины. В августе 1861 г. он с восторгом осматривал Грановитую палату в Московском Кремле и очень жалел, что там много уже было отреставрировано и, таким образом, дух прошлого ушел безвозвратно. На следующий день он внимательно изучал иконы Архангельского собора. Вместе с историком, археологом и краеведом И. М. Снегиревым посетил старинные палаты Романовых на Варварке. Снегирев пробыл с великими князьями почти целый день, рассказывая занимательные истории из жизни старой Москвы.
Молодой великий князь часто давал поводы для недовольства собой. Он нередко был груб с братьями и придворными. Воспитатели его порицали за бестактность. Порой он пугал окружающих чрезмерной решительностью своих высказываний. Когда 26 сентября 1861 г. за обедом обсуждались беспорядки в Петербургском университете, Александр Александрович не переставая твердил: «Высечь их всех» (то есть студентов). На это присутствовавшие возразили, что так говорили только лавочники в столице. «Ну что же, лавочники – самые умные люди», – парировал великий князь.
------------------------------------
Категория: Книги
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск

Меню сайта

Чат

Статистика

Онлайн всего: 23
Гостей: 22
Пользователей: 1
Redrik

 
Copyright Redrik © 2017